|
АССОЦИАЦИЯ МАРКСИСТСКОГО ОБЩЕСТВОВЕДЕНИЯ Коммунист Ленинграда № 2/2024 (158)
Влияние глобализации на эволюцию моделей профсоюзного движения
Продолжаем публикацию материалов из общедоступных книг, посвящённых всестороннему рассмотрению социально-трудовых конфликтов, написанных авторским коллективом в составе Д.В. Лобок (научный руководитель), Г.М. Бирженюк, О.Н. Громова, Т.В. Ефимова, Р.В. Костюк, А.В. Ладоха, И.Д. Лобок, В.М. Соловейчик и др., выпущенных издательством Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов. Начало см. в КЛ №№ 3/2022 (147)-1/2024 (157)
Проблемы мобилизации профсоюзных ресурсов на европейском уровне
Во многом наличие необходимых ресурсов зависит от национальных особенностей профсоюзного движения. Однако необходимо учитывать и растушую политическую и социально-экономическую взаимозависимость стран ЕС, и возрастающую значимость принятия решений на европейском уровне. Таким образом, большое значение приобретает европеизация производственных отношений и коллективных договоров в контексте многоуровневой системы управления (1). Все источники профсоюзных ресурсов зависят от транснационального и наднационального экономического и политического влияния. Все решения в области денежно-кредитной, экономической и социальной политики на европейском уровне влияют на важные параметры конкуренции — как между государствами, так и между профсоюзами, таким образом предоставляя им различные национальные и транснациональные возможности.
Зарубежные исследователи разработали следующую многоуровневую модель профсоюзных ресурсов в странах ЕС (см. табл. 1). Таблица 1 Профсоюзные ресурсы в многоуровневой системе производственных отношений.
Экономико-структурные ресурсы профсоюзов как представителей коллективных интересов работников определяются положением работников на рынке труда н на производстве. Они основаны на способности профсоюзов влиять на процессы производства. Эта способность. в свою очередь, зависит от ряда параметров, таких как уровень квалификации работников, взаимозаменяемость труда, уровень безработицы н количество работников с нестандартной занятостью. Однако экономико-структурные ресурсы могут быть реализованы только в том случае, если они связаны с достаточными организационными ресурсами, что. в свою очередь, является результатом объединения работников в профсоюз. Организационные ресурсы определяются численно и материально: показателями профсоюзного членства, а также финансовыми и кадровыми ресурсами, включая забастовочные фонды. Тем не менее они имеют качественное измерение, включая конкретные возможности для мобилизации членов союза, генерирования стратегических коллективных действии и поддержания жизнеспособности и привлекательности организации. Институциональные ресурсы — это вторичные, но важные ресурсы профсоюзов. Они являются результатом исторической борьбы и социальных компромиссов между работодателями, правительствами и профсоюзами. Они находят своё институциональное выражение в трудовом законодательстве, участии работников в социальном диалоге на уровне компаний, в системе коллективных переговоров, а также в определённых культурных традициях и практике трудовых отношений. Институциональные ресурсы обеспечивают участие профсоюзов в социальном диалоге, не прибегая к использованию мобилизационных ресурсов. Под коммуникативными ресурсами понимается способность профсоюзов участвовать в общественных дебатах и успешно влиять на общественное мнение и дискурс, а также обеспечивать долгосрочное присутствие и эффективность своих идей в социальном и общественном пространстве. К коммуникативному ресурсу также относится способность сотрудничать с другими субъектами гражданского общества для влияния на общественное мнение (2). В транснациональных высокоинтегрированных производственных процессах н рынках экономические (структурные) ресурсы могут оказать влияние на переговоры, если рабочие и их профсоюзы обладают трансграничной способностью нарушать производственные процессы за пределами своего предприятия. Транснациональные организационные ресурсы основаны на конкретных национальных и местных возможностях профсоюзов. Поэтому особенно важно стремление национальных профсоюзов оказывать солидарную транснациональную поддержку н устанавливать сотрудничество через национальные границы. Транснациональные организационные ресурсы выражаются в компетенциях, финансовых и кадровых возможностях, имеющихся у европейских федераций профсоюзов. Транснациональные институциональные ресурсы проявляются в способности профсоюзов обеспечивать свое влияние на европейских площадках, которое основано на законодательстве ЕС, а также нормативных актах н директивах ЕС. Примерами таких площадок являются межотраслевой социальный диалог и европейские рабочие советы на уровне компаний. Другим примером транснациональных институциональных ресурсов могло бы стать принятие (с его последующей реализацией) закона ЕС, устанавливающего правовую основу для транснациональных соглашений на уровне компаний — но только в том случае, если такая правовая база учитывает прерогативу профсоюзов в транснациональных коллективных переговорах. Транснациональные институциональные ресурсы также включают новую систему европейского экономического управления, созданную в контексте нынешнего кризиса как инструмент для улучшения макро экономической координации в рамках ЕС. Это новая система экономического управления, которая составляет основу годового цикла координации экономической политики, представляя собой ещё одну многоуровневую площадку. Она даёт профсоюзам возможность оказывать влияние на разных уровнях: на европейском — через ЕКП при разработке рекомендаций для конкретной страны, и на национальном — через национальные профсоюзы при подготовке национальных программ реформ. Однако на практике эта система оказала неблагоприятное воздействие, ослабив возможности профсоюзов на национальном уровне. Это проявилось, во-первых, в наднациональном вмешательстве в национальную политику в области заработной платы в контексте меморандумов о взаимопонимании между «Тройкой» и странами, которые нуждались в финансовой помощи; и, во-вторых, в реализации политики жёсткой экономии, которая координируется на европейском уровне и меняет национальные институциональные механизмы за счёт интересов профсоюзов (3). Транснациональные коммуникативные ресурсы не нацелены на формирование европейского общественного мнения, так как европейская профсоюзная политика все ещё осуществляется на национальном уровне. Скорее, речь идёт о согласованности идеологических и программных позиций и о способности профсоюзных федераций ЕС согласовывать и объединять национальные интересы, а затем транслировать их и стратегии как на национальном, так и на европейском уровне. Согласованность и содержание общих идей европейской политики и нормативных требований также являются важным предварительным условием для успешной сетевой деятельности и создания альянсов («адвокационных коалиций») для лоббирования профсоюзного мнения в Брюсселе. Организационные ресурсы европейских профсоюзных федераций представлены в табл. 2. Таблица 2 Данные о европейских профсоюзных федерациях (2008 и 2018 гг.)
Ресурсы европейских профсоюзных федераций сосредоточены главным образом на их организационных и институциональных возможностях. Экономико-структурные ресурсы европейских федераций профсоюзов развиты слабо из-за того, что эти объединения имеют представительские функции. Как следствие, их экономико-структурные ресурсы существенно зависят от взаимодействия двух ключевых факторов: во-первых, ресурсов их филиалов, то есть способности филиалов прервать производственные процессы; во-вторых, отсутствия европейской правовой основы для коллективных действий, то есть готовности членских организаций предоставить свои ресурсы в распоряжение европейских федераций профсоюзов или, по крайней мере, скоординированно использовать их. Коммуникативные ресурсы европейских федераций профсоюзов, а именно их способность влиять на общественное мнение, ограниченны, так как борьба идей происходит главным образом на национальном уровне. Ключевыми показателями организационных ресурсов профсоюзных объединений европейского уровня являются их финансовые и кадровые ресурсы, позволяющие объединять и координировать национальные возможности своих членских организаций на транснациональном уровне. Что касается финансовых ресурсов европейских профсоюзных федераций, то наиболее серьёзной проблемой в докризисную эпоху была необходимость интеграции профсоюзов из бывшего восточного блока в европейскую систему социально-трудовых отношений. Интеграция профсоюзов из Центральной и Восточной Европы привела к значительному увеличению членства и географического охвата европейских федераций профсоюзов, что. в принципе, увеличило их организационные ресурсы. Однако в то же время расширение усугубило структурные проблемы с использованием ресурсов европейских федераций профсоюзов. Ввиду ограниченности ресурсов большинства профсоюзов Центральной и Восточной Европы федерации Европы столкнулись с растущими потребностями в плане обучения и консультирования новых членских организаций, а также предоставления им возможности полностью и всесторонне участвовать в их деятельности, например, просто покрывая расходы на посещение совещаний на транснациональном уровне. Несмотря на неоднократное умеренное повышение платы за участие в европейских профсоюзных федерациях, их финансовые ресурсы не поспевали за растущими требованиями интеграции. Как следствие, европейские профсоюзные федерации стали все больше зависеть от «внешней» финансовой поддержки в своей деятельности, особенно в том, что касается деятельности, связанной с членами профсоюзов (обучение, консультации, исследования), большая часть которой финансируется со стороны ЕС. Проблемой остаётся обеспечение кадровых ресурсов секретариатов европейских федераций профсоюзов, которые в некотором роде являются носителями исторических, организационных и политических знаний и опыта федераций и представляют свои организации на уровне Брюсселя. В докризисный период только половина всех европейских федераций профсоюзов ETUF нанимала более десяти сотрудников. Даже самая крупная в то время отраслевая федерация профсоюзов Европы. Европейская федерация металлистов (EMF), в которой в 2008 году работало двадцать человек, имела штат активных чиновников, который был меньше региональных отделений многих национальных профсоюзов. Таким образом, хотя секретариаты большинства европейских профсоюзных федераций несколько выросли в плане кадрового обеспечения в докризисный период, ни в одном случае это не позволяло им адекватно справляться с растущими требованиями. Ключевыми факторами власти организационных ресурсов являются не только финансовые и кадровые возможности, но прежде всего интенсивность участия филиалов в транснациональном сотрудничестве и степень, в которой они предоставляют свои ноу-хау и ресурсы для работы в европейских профсоюзных федерациях. Тем не менее даже при объединении кадровых ресурсов всех европейских профсоюзных федераций, включая брюссельские отделения некоторых национальных организаций, проблемы использования транснационального потенциала все ещё остаются серьёзными, учитывая гораздо большие ресурсы со стороны работодателей на европейском уровне и расширение пропасти между представительством интересов работодателей и работников с момента реализации программы «Единый рынок». В связи с расширением европейских профсоюзных федераций за счёт государств Центральной и Восточной Европы встал вопрос об их организационных ресурсах. Интеграция профсоюзов из этих стран усложнила ситуацию: институционально — из-за большего разнообразия национальной идентичности и практики профсоюзов, а политически — изза ограниченной способности профсоюзов Центральной и Восточной Европы вести согласованную международным сообществом политику на национальном уровне. Европейские профсоюзные федерации отреагировали на эту проблему, усилив свои внутренние структуры. В конце 1990-х годов они начали создавать внутренние координационные органы для синхронизации и координации деятельности своих филиалов. Эти координационные органы были созданы в отношении трех более широких областей политики. Во-первых, для решения секторальных вопросов, в основном связанных с инициативами промышленной политики на уровне ЕС или отраслевым социальным диалогом. Во-вторых, для разрешения проблем, которые касаются определённой группы или категории работников, таких как женщины или молодые сотрудники. В-третьих, для обсуждения межсекторальных вопросов, таких как координация коллективных переговоров и политики компаний. Эти комитеты по конкретным вопросам обеспечили контекст, в котором национальные членские организации смогли лучше понять позиции друг друга и прийти к доверию, необходимому для согласования общих позиций и «обязательных» руководящих принципов. Эти внутренние координационные структуры как таковые были институциональным предварительным условием для улучшения организационных ресурсов европейских профсоюзных федераций посредством более интенсивного взаимодействия между представителями национальных членских организаций. Институциональные ресурсы европейских профсоюзных федераций в значительной степени «предопределены» конкретными структурами на европейском уровне, которые позволяют им участвовать в наднациональных процессах нормотворчества и в формальном и неформальном лоббировании интересов работников. Примером того, как законодательство ЕС' сформировало институциональные ресурсы европейских профсоюзных федераций, является область промышленной политики и решение Европейской комиссии в 2002 году активизировать отраслевую политику чтобы повысить конкурентоспособность европейской промышленности (4). В этом контексте было инициировано несколько отраслевых инициатив, которые предоставили возможности для институционального участия соответствующих европейских профсоюзных федераций в отраслевых диалоговых форумах и трёхсторонних комитетах, которые были созданы для консультирования этих отраслевых инициатив. При этом данные институционализированные отрас левые форумы расширили возможности влияния европейских профсоюзных федераций посредством диалога с лицами, принимающими политические решения со стороны работодателей, а также для включения определённых вопросов в политическую повестку дня. Политика влияния и соответствующие формы и степени интенсивности профсоюзного лоббирования на европейском уровне сильно различались по секторам в зависимости от политики ЕС. Поскольку в сфере услуг было меньше возможностей для оказания влияния через институционализированные каналы, европейские профсоюзные федерации в этих секторах (в частности. UNI-Europa. EPSU и ЕАЕА) были гораздо более зависимы от неформального лоббирования и использования коммуникативных ресурсов путём мобилизации своих членов и широкой общественности в контексте политических кампаний. Примером может служить обсуждение предложений по Директиве об услугах на внутреннем рынке, принятой в декабре 2006 года. Чтобы выдвинуть свои требования. UNI-Europa и EPSU совместно с ETUC начали обширную и в конечном итоге успешную кампанию. которая состояла из различных мер. Одним из элементов было прямое лоббирование интересов профсоюзов в институтах ЕС посредством участия в официальных консультациях и трёхсторонних социальных саммитах, а также встречах с представителями Европейской комиссии. Европейского парламента и Генерального совета. Усилия по лоббированию также включали призыв к национальным членским организациям попытаться оказать влияние на лиц, определяющих политику, и членов Европейского парламента. Эти усилия по лоббированию сопровождались мобилизацией членов профсоюзов для участия в европейских демонстрациях, организованных ETUC в Брюсселе и Страсбурге во время пленарных заседаний Европейского парламента (5). В результате профсоюзы смогли исключить наиболее нежелательные аспекты предлагаемых положений. Другим важным фактором, который в докризисный период увеличил институциональные ресурсы европейских федераций профсоюзов, стало появление новых площадок транснациональных производственных отношений — не в последнюю очередь вследствие усилий профсоюзов. Во-первых, это отраслевые комитеты социального диалога (SSDC), которые контролируются Европейской комиссией и «заставляют» отраслевые ассоциации работодателей брать на себя роль организаций работодателей и создавать «двойника» европейских профсоюзных федераций. И, во-вторых, появились новые площадки на уровне европейских компаний, которые открыли новые транснациональные сферы деятельности для профсоюзов в результате регулятивного вмешательства ЕС (Директива EWC. Устав Европейской компании). В докризисный период социальный диалог привел к подписанию шести рамочных соглашений, заключенных ЕКП на межсекторальном уровне, и ещё шести соглашений отраслевых европейских профсоюзных федераций, существовавших к концу 2008 года (6). Учитывая принципиально волюнтаристский характер отраслевого социального диалога и отсутствие каких-либо средств для оказания давления со стороны профсоюзов посредством забастовок и коллективных действий, эти переговоры не равносильны реальным коллективным переговорам. Тем не менее эти результаты показывают, что социальный диалог обеспечил институциональную основу для совместного саморегулирования отношений между профсоюзами и ассоциациями работодателей на межсекторальном уровне. Влияние социального диалога на институциональные ресурсы европейских профсоюзных федераций варьировалось в зависимости от политического и стратегического значения, которое они ему придавали, что, в свою очередь, зависело от состояния отрасли. В целом социальный диалог усилил «формальное» признание и повышение статуса европейских федераций профсоюзов как представителей интересов их членских организаций перед работодателями. Это укрепило не только институциональные ресурсы власти европейских профсоюзных федераций, но и их организационные ресурсы — прежде всего потому, что значение европейских профсоюзных федераций для интенсивного межотраслевого общения и координации социального диалога имеет тенденцию к росту; поскольку это обеспечивает примирение интересов членских организаций. Несомненно, что на способности профсоюзов действовать повлияли кризисы, случавшиеся с 2008 года. Кризис и новая система экономического управления оказали значительное влияние на кадровые ресурсы европейских профсоюзных федераций. Что касается реакции профсоюзов на кризис, то можно выделить два пути. Первый можно встретить в странах северного корпоративизма или континентального европейского социального партнёрства, таких как Германия. Австрия н страны Северной Европы. 'Здесь доминирующим подходом было участие в кризисном корпоративизме в качестве временного чрезвычайного альянса с государством и работодателями, чтобы противостоять наихудшим последствиям (7). Как правило, эти «кризисные корпоративные» договорённости предусматривали заключение трёхсторонних национальных пактов о защите занятости в обмен на уступки профсоюзов в отношении оплаты, рабочего времени и условий труда (8). В странах на периферии Европы, а также в ряде стран Центральной и Восточной Европы такой кризисный корпоративизм был заблокирован, поскольку влияние кризиса было настолько велико, что механизмы институционального обмена либо были ослаблены, либо в некоторых случаях полностью разрушены (9). В некоторых странах с более конфликтной традицией производственных отношений, в частности в Южной Европе, попытки вступить в корпоративистские договорённости были дополнены политическими забастовками и демонстрациями с целью «ограничить или остановить антирабочую политику и планы жёсткой экономии и повысить их способность участвовать в долгосрочных переговорах» (10). Тем не менее становится все более очевидной необходимость адаптации существующих правил координации для учёта различных потребностей и обстоятельств национальных профсоюзных объединений в свете новых экономических, политических и институциональных условий, возникших в результате кризиса (11). Например. ETUC отреагировал гибкой адаптацией своего подхода к координации, который был официально принят в 2013 году- Этот новый подход к координации состоит из трех основных элементов: 1) принятие совместных руководящих принципов ведения коллективных переговоров при достаточной гибкости в учитывании специфических для страны и отрасли обстоятельств; 2) стремление влиять на процессы принятия решений Европейского семестра; 3) развитие структурированного и непрерывного обмена информацией в качестве важной предпосылки для формулирования совместных позиций и стратегий (12). __________________________________ Из книги «Модели профсоюзного движения: история и современность (зарубежный опыт)». Серия «Социально-трудовые конфликты», вып. 20. Изд. СПбГУП, 2020 Продолжение следует __________________________________ 1. См.: Platzer Н.-W. Arbeitsbeziehungen in der transnationalen Okonomie und Mehrebenenpolitik der EU: Wandel nationaler Systeme und Europдisierungsprozesse // Schmid J.. Niketta R. Wohlfahrtsstaat: Krise und Reform und Vergleich Marburg: Metropolis-Verlag. 1998. P. 237-272. 2. Tietje К, Tierje O. Zwischen Kooperation und Konfrontation: Machtressourcen und Strategien der spanischen Gewerkschaften CCOO und UGT in der Eurokrise // Industrielle Beziehungen. 2015. Vol. 21 (4). P. 374. 3. Schulten I, Müller T. European economic governance and its intervention in national wage development and collective bargaining H Divisive integration: the triumph of failed ideas in Europe — revisited / S. Lehndorff (ed.). Brussels: ETUL 2015. P. 331-363. 4. European Commission. Communication from the Commission to the Council, the European Parliament, the Economic and Social Committee and the Committee of the Regions. — Industrial policy in an enlarged Europe // COM. 714 final. 2002.11 dec. 5. Kowalsky W. Outcome of the battle on the Services Directive// Transfer. 2007. Vol. 13 (1). P. 147-149. 6. Platzer Н.-W, Müller Т. Global and European trade union federations: a handbook and analysis of transnational trade union organizations and policies. Oxford: Peter Lane. 2011. P.806-807. 7. Urban H.-J. Op. cit. P. 278. 8. Müller T, Plater H.-W. Op. cit. P. 35. 9. Glassner V. Central and Eastern European industrial relations in the crisis: national divergence and path-dependent change // Transfer. 2013. Vol. 19 (2). P. 155-169. 10. Campos Lima M. P, Artiles A. M. Crisis and trade union challenges in Portugal and Spain: between general strikes and social pacts // Transfer. 2011. Vol. 17 (3). P. 399. 11. Hofmann J. Aktive Lohnpolitik in Europa // WSI- Mitteilungen. 2014. Vol. 67 (4). P.312. 12. Müller I, Platzer H. The European trade union federations: profiles and power resources — changes and challenges in times of crisis // Rough waters: European trade unions in a tune of crises. Читайте также:
|
|||
